Истории

Как бельгийская практика BASIL превращает здания в эмоциональные пространства и почему архитекторы должны быть честными с бюджетом, материалами и людьми. Интервью с архитектором Робин ван Бевереном

Как устроен Большой Египетский музей на плато Гиза — здание, выстроенное по оси пирамид и интегрированное в рельеф пустыни. В статье разберем архитектуру, световые решения, маршрут посетителя и то, почему GEM задает новый подход к музейным комплексам в экстремальном климате.

Новая книга Taschen по Тадао Андо собирает более 750 эскизов, чертежей и моделей, показывая путь самоучки из Осаки к архитектуре бетона и света. Разбираем, как рисунки раскрывают его метод и эволюцию пространства.

Как балийская студия Nimmersatt сочетает художественное мышление, мастерство и технологии — и почему хорошее освещение начинается с голода до нового.

Интервью с Оксаной Сон, руководителем компании EUROELECTRIC — официального партнера JUNG в Казахстане. Мы поговорили о том, как развивается рынок инженерных решений, почему дистрибьютор сегодня становится медиатором между технологиями и дизайном, и как технические детали превращаются в часть архитектуры.

Архивы фиксируют архитектуру как процесс — через чертежи, макеты и документы. Они сохраняют профессиональный опыт, помогают изучать эволюцию идей и технологий, поддерживают образование и формируют представление о будущем архитектуры.

Архитектор Концзянь Юй превратил воду из угрозы в ресурс. Его концепция «города-губки» изменила подход к урбанизму: города учатся впитывать, сохранять и использовать воду, создавая устойчивую и живую среду.

Архитектура исламского мира — это не стиль, а система мышления, где форма подчинена вере и порядку. В статье — принципы организации пространства, эволюция форм, орнамент и роль света в создании духовной среды.

Дизайнер Бекзада Абдалиева делится опытом проектирования среды, где свет, функция и эстетика работают вместе. В интервью — о роли освещения в интерьере, принципах атмосферы HoReCa и практическом подходе к выразительности пространства.

В детских садах Японии и Китая пространство становится частью педагогики. Архитекторы проектируют не просто комнаты, а целые миры для развития. JUNG Media — о том, как лестницы, свет и встроенные элементы учат не меньше, чем воспитатели.

Strada Brutalissima - проект исследует брутализм Скопье как культурный код, а не просто стиль. Макеты формируют «улицу» из зданий, построенных после катастрофы, переосмысляя архитектуру как способ думать о будущем. JUNG Media — о том, как бетон становится языком города.

Проекты из разных стран показывают, как безопасное, живое и любознательное пространство (школы, детские центры) меняет архитектуру: больше природы, мягкость, внимание к движению и воображению. Обзор подходов, примеров и важности сред, где детям комфортно быть собой.

Елена Симон — о том, как освещение меняет восприятие интерьера: от цветовой температуры до эмоциональных сценариев. Обсуждаем подход к премиальным решениям, влияние света на психологию и место технологий в комфорте.

Архитектор и сооснователь Coop Himmelb(l)au, участник выставки в MoMA и автор культовых проектов от Villa Rosa до Musée des Confluences. Как Свичинский изменил представление о форме и пространстве.

Позолота на протяжении истории была маркером власти и статуса — от цариц в Древнем Египте до Версаля и американского «Позолоченного века». Сегодня идея золотого бального зала в Белом доме вызывает дебаты: символ роскоши внутри института демократической власти.